Штрихи к портрету его создателя

Юлия КОВАЛЕНКО, театровед, фото Дарьи МАНГУБИ

24 октября состоялась премьера от режиссера Степана Пасичника (художественного руководителя театра «P.S.») под названием «Ван Гог. Альбом». Постановку показывали в Харьковском государственном университете искусств им. И. П. Котляровского.

Честно говоря, впечатление она произвела двоякое. Возможно, это связано с тем, что другие спектакли театра «P.S.» выходят за рамки постмодернизма, эта же – насквозь пронизана интертекстами, и, собственно, сама образная система тоже отсылает зрителя к постмодернизму, а сам постмодернизм исключат возможности однозначной трактовки. Возможно, двоякость впечатления можно объяснить иначе. С одной стороны, «Ван Гог. Альбом» уступает другим спектаклям Степана Пасичника по решению сценического пространства, эмоциональности и в чем-то даже по смысловому наполнению. Но тут следует учитывать то, что роли в этой постановке исполняли студенты, которые не имеют такого сценического опыта, как актеры театра «P.S.». С другой стороны, несмотря на недолгую продолжительность спектакля (около 30 минут), в нем было несколько действительно сильных моментов, когда смысловое наполнение дополнялось яркой, впечатляющей картинкой и профессионально подобранной музыкой.

Если же говорить о спектакле в целом, то его название действительно соответствует сути: «Ван Гог. Альбом», то есть альбом картин Ван Гога, альбом воспоминаний о Ван Гоге, альбом жизни Ван Гога. Каждый фрагмент постановки представлял собой своеобразную медитацию режиссера на одну из картин великого художника. Действие на сцене сопровождалось чтением стихов Поля Элюара.

И хотя нельзя сказать со стопроцентной уверенностью, что «Ван Гог. Альбом» «загипнотизировал» публику, как это делают другие постановки Степана Пасичника, однако стоит заметить, что это был, безусловно, интересный эксперимент с темой, эксперимент с текстом, эксперимент с молодыми актерами. И этот эксперимент удался.

Недавно получивший звание заслуженного деятеля искусств Украины Степан Пасичник — один из самых глубоких и ярких актеров украинского театра, он и в режиссуре доказал свое право на оригинальность, что подтверждено муниципальной премией им. М. Крушельницкого (за спектакль «Адвокат Мартиан», театр им. Т. Г. Шевченко), многочисленными дипломами, наградами за победу в различных фестивалях.
С. Пасичник — основатель и руководитель харьковского театра P.
S., где он поставил около 10 спектаклей («Месье Амилькар, или Человек, который платит», «История мишек панда» и другие). Не менее значимым в его творчестве уже два десятилетия является украинский театр им. Т. Г. Шевченко.


Актер от Бога

Степан Владимирович, была ли закономерность в вашем приходе к — актерству?

Я учился в школе № 6 с разницей в год с сыном народного — артиста СССР Леонида Тарабаринова. На выпускном вечере старшеклассников мы делали поздравление. Леонид Семенович попросил, чтобы меня к нему подвели. Я знал, кто это, поскольку тогда уже активно ходил в театр. Он мне говорил добрые слова и предложил: «На следующий год поступай». Потом пригласил к себе, я почитал программу. Не сделав ни одного замечания, ничего не шлифуя, он улыбнулся и снова сказал: «Поступай». Так что театральное благословение Л. Тарабариновым состоялось задолго до моего выхода на профессиональную сцену. Эта встреча для меня знаковая.

Вы хотите сказать, что без встречи на выпускном не было бы — актера Пасичника?

Нет. Этого я не хочу сказать. Конечно же, я бы все равно — поступал. Но встреча с Мастером необычайно повлияла на мое решение эмоционально.

Я начал свой путь на сцене театра
им. Т. Шевченко с роли старшеклассника Володи в спектакле «Дорогая Елена Сергеевна». Затем сразу случились Майкл Корлеоне в нашумевшем спектакле «Крестный отец», роли в «Боярыне» Леси Украинки, «Горбуне» Мрожека. Сегодня нет какой­то одной любимой роли. Есть любимый спектакль — «Курносый Мефистофель».

Режиссура как познанная необходимость

Что подвигло вас к тому, чтобы, имея весьма успешную актерскую — карьеру, пробовать себя в режиссуре?

Я уже пробовал готовить самостоятельные композиции — по Лине — Костенко, Василю Симоненко. И второй мотив — после окончания первого курса я получил от художественного руководителя курса А. Барсегяна приглашение перевестись на режиссуру. Спросив, смогу ли продолжать обучение актерскому мастерству параллельно, услышал от него: нет. Илиили. Оставшись на актерском, я не пожалел.

Спустя несколько лет, придя поступать к А. Берсегяну на режиссуру и имея право идти сразу на третий курс, я услышал: «Степа, иди на первый. Сядь за парту». И я ему за это благодарен. Я получил ту системность, без которой всерьез заниматься ни актерством, ни режиссурой невозможно. Поэтому Александр Сергеевич Барсегян для меня больше чем педагог, он — Учитель.

Расскажите о своем формировании именно как режиссера украинского — театра.

По линии отца я корнями с Западной Украины, ежегодно бываю во — Львове, но родился и вырос в Харькове. В какой­то момент появилось осознанное стремление строить украинский театр. Вместе с тем я никогда не тяготел к украинской драматургии как таковой. В театре P. S. играются Чехов, Жамиак, Вишнек, французские фарсы и другое. Есть, конечно, и Леся Украинка, и Лина Костенко, и Олена Телига, готовится к выпуску спектакль по повести Ивана Франко, все десять работ — на украинском языке. На мой взгляд, важно, что в таком русскоязычном городе, как Харьков, есть такой театр, как P. S. И меня в этой связи волнует другое. «Я б запретил указом совнаркома писать о Родине бездарные стихи», — как сказал когда­то наш земляк Михаил Кульчицкий. Поэтому, делая национальный театр, драматургию отбираю по принципу, в первую очередь, не национальному.

Театр Степана Пасичника интеллектуальный: Кулиш, Винниченко, — Леся Украинка, Стриндберг, Мрожек… Скажите, среди ваших спектаклей есть те, которые «родом из детства»?

Например, спектакль «Тайна» по Винниченко родился из школьной — влюбленности в книгу рассказов 1910-х годов с выцветшими страничками, которые ломались от старости. У родителей — очень большая библиотека, многое в ней было неподцензурно в советскую эпоху. Папа всегда покупал одинаковые книги для меня и для сестры. Это и питало, тогда ведь не было интернета. Эту книгу прятали во время регулярных изъятий, и, слава Богу, она уцелела. Или такой факт. Киевский режиссер Владимир Оглоблин брал меня в постановки и своеобразно воспитывал. Идем как­то по саду Шевченко, останавливаемся у книжного лотка. Указав на книгу Э. Ренана «Жизнь Иисуса», он весь принял позу вопросительного знака: «Степан, ты не читал?». Тут же купил, отдал мне и добавил тоном, не подлежащим обжалованию: «Завтра расскажешь!». Да понемножку и учишься всю жизнь…

Вы изначально мечтали о знаменитом театре им. Т. — Шевченко?

Нет. Когда учился в школе, я любил театр, поэтому ходил и в — ТЮЗ, и в театр
им. Пушкина, и в театр кукол. Везде было интересно. Ездили в Москву, Ленинград. Я показывался во Львовский театр им. М. Заньковецкой, а приглашение Беляцкого в труппу «шевченковцев» после одного из дипломных спектаклей стало подарком — о таком и не мечтал.

Корни проблем театра —
в его истории

Вы уже несколько лет руководите театром им. Т. Шевченко, — возглавляете «Березиль», созданный Курбасом. Кто для вас Курбас?

Человек, который пытался строить украинский театр — европейского уровня. Делал с нуля то, что в России удалось Станиславскому — дал метод, язык, терминологию. В украинском театре это было делать труднее. Мешали ментальные лень, необразованность. И сегодня актуально звучит написанное Шевченко: «Гірше ляха свої люди її розпинають». Хочется этому противостоять.

Прозвучит нескромно, но вы похожи с Курбасом: рискуете давать — актерам пробовать силы в режиссуре, приглашаете постановщиков, стремясь разнообразить стилевую афишу и актерский метод «шевченковцев». Есть и обратная сторона — приходится выслушивать упреки в том, что до сих пор не развернулись? Худрук не ставит «спектакли­полотна»?

Да, мою последнюю постановку «Л. Ю. Ч. Е» ругают за — «мелкотемье», но я слышу и противоположное мнение зрителя. Говоря о старте для молодых, поделюсь наблюдением. Когда люди работают не в приказном порядке, а так, как было в моей первой постановке, — когда объединяет творчество, желание высказаться сверх производственного регламента, это очень ценно. Помню, когда только начинался P. S., мы каждый раз делали по пять ходок за декорациями в мастерскую на ул. Гражданской — и была энергия. А стали играть на стационаре, на малой сцене украинского театра — сразу исчезло «чувство плеча», обленились. Поскольку у Саши Ковшуна такой импульс возник, ему дали «крышу», появилась «творческая лаборатория». Другое дело, в театре важно сбалансировать поиски разных художников. Наш режиссер А. Бакиров сейчас начинает большой проект «Сон в летнюю ночь» Шекспира. Актеры С. Бережко и Т. Гринник успешно самостоятельно репетируют спектакль «Маленькие семейные преступления» Шмидта. Сам я мечтаю поставить в театре «Полицейских» Мрожека. Пьеса сейчас как никогда актуальна.

Что думает С. Пасичник об украинской культуре в — целом?

Это страшный сон наяву. Бессмысленные споры о том, кто лучше, — театр
им. Т. Шевченко или театр им. И. Франко, и так далее. Зависть, интриги заложены как в профессии, так и в национальных комплексах провинциализма. Необходимо на высоком уровне изменить отношение к культуре — и тогда эта беда будет изжита. Придумали ведь прибалты с каждой пачки сигарет и банки пива отчислять процент на развитие культуры — и получили театральный «бум»!

ТЕАТР СТЕПАНА ПАСИЧНИКА,

(C)2007 Disigned by: Arilot® & Arabadzhy Tymur